Gazeta.ua Gazeta.ua ·

"В ране завелись черви, но никто меня не лечил"

"Он вышел на площадь Богдана Хмельницкого, к Софии Киевской. Впереди его коварно ждут давно отлитые пули, снаряды и бомбы. А здесь юного провинциала зачаровывает невиданное чудо. Может, в тот момент он и стал писателем. Став им, мог уже через несколько дней спустя погибнуть, так и не успев написать ни строчки", - пишет литературовед Михаил Слабошпицкий о писателе Павле Загребельном в книге "По гамбургскому счету " в 2004 году.

16-летний Павел в июне 1941-го просился на фронт, но его не взяли. Отправили в военное училище в Киеве учиться на артиллериста. С приближением немецких войск он участвовал в обороне украинской столицы. Смог вырваться из окружения и отступить в Конотоп на Сумщине.

"Танки шли на нашу "сорокапятку" (противотанковая 45-миллиметровая пушка. - ГПУ), оставляя после себя черные следы на зеленой отаве. Возле пушки все было разбито. Снаряд, посланный одним из танков, разорвался возле наводчика, и теперь тот лежал, отброшенный далеко в сторону, неподвижный, бледный, поджав ноги, как ребенок. Командир орудия еще стонал, но его стон с каждой секундой становился тише. Все остальные тоже были убиты", - вспоминал Павел Загребельный в "Думе о бессмертном" бой, в котором получил ранения в грудь и осколок в глаз.

Его самолетом доставляют в Саратов. После выздоровления причисляют в Харьковское артучилище, которое перевели в Среднеазиатский военный округ. Заканчивает его в марте 1942-го.

Направляют командиром на Брянский фронт. Там в бою получает осколочные ранения обеих ног. Его подбирают немецкие солдаты, несут на плаще к своим. Эшелоном отправляют в Орел, где на месте бывшей тюрьмы устроили большой лагерь для пленных.

"Оказался в бараке для больных и раненых, - писал позже Павел Загребельный. - Отобрали одежду и выдали гитлеровскую униформу, перекрашенную в темно-зеленый, почти черный цвет. Вместо сапог выдали гольцшуги - деревянные туфли. На одежде белой краской нарисовали "80" отметку "советского офицера". На шею повесили четырехугольный металлический номер".

Держат в грязной камере, где рядами стоят двухэтажные деревянные кровати. Матрасы и подушки набиты бумагой от книг и газет.

"В ране завелись черви, но никто меня не лечил. Санитар-коллаборационист приходил в камеру только раздавать таблетки, - рассказывал Павел Загребельный в интервью. - Кто мог передвигаться, бросались на лекарства. Лежачие просили:" Дайте мне синенькую"," А мне желтенькую".

Переводят в литовский город Кальвария. Там казнят каждого десятого. Пленных строят, и автоматчики пересчитывают их. Хватают и передают тройке палачей. Загребельный - восьмой.

"Десятого я не знал, но его лицо запомнилось навсегда, - рассказывал сыну Михаилу. - Смотрит оно на меня сквозь полувековую даль, как лицо родного человека. С тех пор для меня любая очередь страшна и отвратительна".

С приближением фронта перевозят в лагерь на территорию Германии. Выменивает свой трехдневный паек хлеба на словарь и изучает немецкий. Увидев это, нацист-майор предлагает принять участие в пари. Если пленный ответит на три вопроса - получит 20 пачек сигарет. Если нет - 20 суток карцера. Интересуется, какое наибольшее число можно записать с помощью двух цифр, какое море не имеет берегов и где пох

Gazeta.ua
Читайте полный текст новости «"В ране завелись черви, но никто меня не лечил"» на сайте Gazeta.ua.
ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ
ВАМ ЭТО БУДЕТ ИНТЕРЕСНО
НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Обработано новостей за сегодня: 2017
Сайт работает в тестовом режиме. Свои предложения и замечания присылайте на gottstat@gmail.com
© 2017 «Gottstat.com». Все права защищены.
Использование любых материалов, размещённых на сайте, разрешается при условии ссылки на Gottstat.com.